Жизнь и Путешествия в стиле Джаз...

Глухой рокот далеких барабанов и шорох шин шикарной машины по мокрому асфальту, резкий вскрик иволги и взрыв смеха, эхом разносящийся по гостиной. Слышишь? Окунуться с головой в «хюгге», выловить марлина, обойти стороной белого медведя. Ездил? Джаз называли музыкой для богатых. Джаз называли музыкой для бедных. Но джаз всегда оставался музыкой для умных. Знаешь?

Главная / Главная страница / Мифический Монмартр
Мифический Монмартр

Мифический Монмартр

Моросит. Пасмурно. Да, март, пожалуй, не лучшее время для поисков мифов и легенд Монмартра. Но надежда, можно сказать, навязчивая идея на то, что на этом пригорке удастся открыть нечто совершенно дикое, необузданное, творческое, все еще тлеет где-то внутри. Итак, если не боитесь намокнуть и попасть в сети сентиментальности, тогда вперед.

Montmartre

Несмотря на весь свой сегодняшний блеск, Монмартр не всегда был таким. Между 1870 годом, когда закончилась франко-прусская война, и Пограничным сражением в августе 1914-го Монмартр был весьма негостеприимным районом. В те времена ранняя весна была не менее промозглой, ветер свистел над стайками истощенных детей, пробивался в жилища рабочих и заставлял дрожать от холода натурщиц, которые должны были не шевелиться долгие часы, позируя для пока еще неизвестных художников.

Сейчас укрыться от дождя можно в ресторане «A la Pomponnette» на улице Лепик, где когда-то жил Ван Гог. Сидя за столом, вы будете отражаться в больших зеркалах, дожидаясь, пока на медленном огне дойдет до кондиции ваша говядина «миронтон», и рассматривать картины на стенах, на которых изображены клоуны, дети, музы и бродяги начала XX века. Здесь есть офорт Пикассо «Скромная трапеза» (1904), на котором изображены тщедушные мужчина и женщина. Одной рукой мужчина обнимает женщину за плечи, другой касается ее руки. Но они не смотрят друг на друга и стараются не замечать пустую тарелку и бутылку, стоящие на столе перед ними. Монмартр не был таким красивым, каким он показан на картинах Ван Гога и Жоржа Брака. В те времена Монмартр считался окраиной, и на улице Лепик работал рынок, где можно было купить курицу к ужину, а теперь квартира на улице Rue Des Abbesses с двумя спальнями на шестом этаже в доме без лифта стоит 520 000 €.

Rue Des Abbesses

В Конце XIX века на одной стороне Монмартра разбивали огороды и выращивали овощи, а на другой располагались настоящие трущобы, где жили безработные мужчины, одинокие женщины и босоногие дети. Здесь работала забегаловка «Встреча воров», которая со временем сменила название на «Кабаре убийц», а ныне известна под названием «Проворный кролик». Это название связано с вывеской заведения, на которой известный художник-карикатурист Андре Жиль изобразил выскакивающего из кастрюли кролика. Именно в этом кабаре любил проводить время в кругу друзей Пикассо. Можно только представить себе, как выглядела эта компания: Пикассо, любивший одеваться так же, как каталонская богема – широкая рыбацкая рубашка без воротника и эспадрильи; Модильяни в дорогом итальянском бархате; Андре Сальмон в пиджаке лондонских кэбменов; Макс Жакоб в шелковой накидке; Морис де Вламинк в строгом твидовом костюме; Андре Дерен в зеленом костюме, красном жилете и желтых ботинках.

boulevard de Clichy

Монмартр был отдельным миром, занимавшим бульвары Клиши и Рошешуар. Он был некой подкладкой Прекрасной эпохи и рассадником того, что называлось «парижским обществом». Здесь можно было на время забыть о манерах и просто наслаждаться жизнью: поужинать в «Café d’Enfer» («Ад»), вход в которое был выполнен в виде огромной зубастой пасти; посидеть за столами, выполненными в виде гробов, в «Cabaret du Néant»; заглянуть на площадь Клиши. Также вы могли зайти в самую известную студию Парижа «Le Bateau-Lavoir», где по ночам при свете свечей работал в полном одиночестве сам Пикассо.

Montmartre

Теперь всего этого нет. Гипсовая лепнина, изображавшая ад и рай, бесследно исчезла, и даже нагота танцовщиц «Мулен Руж» не ослепляет глаза так, как это было сто лет назад. Все, что осталось от тех времен в квартале Пигаль, это бетонная громадина цирка «Медано». Даже студию коротышки Лотрека на улице Коленкур не так-то просто найти – мемориальные доски в Париже редкость. Кроме витрины на здании Бато-Лавуар, мемориальную табличку с надписью «Прохожий, остановись! В этом доме радости и муз с 1885 по 1896 год работал Родольф Салис и его кабаре «Черный кот»» можно увидеть разве что по адресу Rue Victor Massé Nr. 12.

Montmartre

Бато-Лавуар или, как этот дом называли в начале прошлого столетия, «корабль-прачечная» описал в своей книге «Montmartre» Жан-Поль Каракалла, который отзывался об общежитии художников как о «сарае для прокаженных». А вот Пикассо как-то сказал: «В студиях не было электричества, санузел был один на всех, но мы нигде не были так счастливы, как здесь». Искусствовед Фрэнк Джелетт Берджесс говорил о «плавучей прачечной» так: «Глядя на груды мусора на старых фотографиях, у меня волосы становятся дыбом. Пикассо был безгранично смел, если мог жить и творить в таких условиях». В студии Пикассо действительно был полный бардак. Только представьте, для своей знаменитой картины «Авиньонские девицы», которую он представил на суд друзей в 1907 году, Пабло нарисовал около 700 эскизов. Зато это полотно стало первой картиной нового стиля в искусстве, получившего название «кубизм», и, как сказал Андре Бретон, «самым значительным событием в начале XX века».

Les Demoiselles d’Avignon

На полотне изображены «труженицы борделя» с мрачными глазами и как будто разрезанными на куски телами. Увидев эту картину, Андре Сальмон сказал: «маски, которые почти полностью отделены от человека». По мнению всех без исключения критиков, эта картина помогает дать ответы на вопросы формирования мира Монмартра, в котором смешивались и сосуществовали художники и поэты, рабочие и актеры, танцоры и политические агитаторы. Здесь пересекались различные точки зрения, возникали споры и ставились смелые эксперименты, поэты и писатели обожали художников, которые иллюстрировали их тексты в журналах. Например, родоначальник социального романа Эмиль Золя встретил на Монмартре Эдгара Дега, преклонялся перед работами Тулуз-Лотрека и искал вдохновения в картинах Пикассо.

Musee de Montmartre

Трудно перечислить все «тандемы», ставшие плодородными, и определить, кто на кого влиял. Например, работы голландского живописца Кееса ван Донгена были такими же привлекательными и одновременно страшными, как поэзия Шарля Бодлера, а Сюзанна Валадон, модель Лотрека, вдруг открыла в себе талант и стала писать в манере Ренуара. Студия Сюзанны Валадон находилась в здании, которое сегодня занимает Музей Монмартра. Здесь сохранился небольшой садик, в котором Ренуар писал свою знаменитую картину «Качели». Сейчас во внутреннем дворике тоже есть качели, на которых катают своих малышей японские туристы, а в отреставрированной студии можно увидеть работы Сюзанны и фотографии Прекрасной эпохи Парижа, посвященные новому взгляду на женщину. Валадон была не единственной, кто акцентировал внимание на блеске и нищете Монмартра. Дега, Тулуз-Лотрек, Ван Донген и другие художники показали миру истинное лицо проституции, наркомании и действительно зеленого змия – абсента.

Montmartre

Все эти образы остались в далеком прошлом. Сегодня, сидя в кафе на площади Пигаль, вы не увидите за окном стаек ночных бабочек и франтов, сошедших с картин Тулуз-Лотрека. Единственное, что осталось от бывшего Монмартра, это шумные толпы беспечной молодежи, к которым добавились вездесущие туристы.

Подробнее о турах и путешествии по Франции

Комментарии закрыты

Скроллить Топ